Новости » События 8 апреля, 2019, 17:18
Чудеса войны. Хроника горящего ВОПа

Ну, бывает так, когда все опасные обстоятельства в один недобрый момент складываются против тебя и кажется, что хуже, чем сейчас, быть уже не может. Вот, например, как это было в Исландии в 1910 году во время извержения вулкана Бардарбунга.

Тогда раскаленная лава и выбросы вулканического пепла создали смертельную угрозу для жителей соседнего поселка, расположенного на берегу фьорда. Но это еще было не все. Вулкан «проснулся» и спровоцировал сход ледника. Горы тысячелетней льда стали сползать вниз на поселок, разрушая здания и ограждения. И беды исландцев на том не кончились. Лед с ледника, спустившись вниз, начал заполнять воды фьорда, на берегу которого расположился поселок. Это привело к тому, что уровень воды во фьорде поднялся выше уровня берега и тонны ледяной морской воды, как некое цунами, хлынули на берег, затопляя дома, которые уже были присыпаны токсичным пеплом и разрушены льдом ледника...

Итак, людям во время того бедствия грозила смерть от лавы или пепла, ото льда и студеной воды. Но чудом и благодаря работе спасательных команд тогда обошлось без жертв. Повезло, одним словом.

Пример такого везения я раз наблюдал на войне в 2016 году в Донецкой области, когда во время одного необычного ночного боя нашим солдатам, словно исландцам в 1010 году, грозило сразу три опасности: неприятельские мины, пули вражеских пулеметов и наши патроны, что взрывались в горящем блиндажи. Но случилось чудо. Чудо войны – тогда никто не погиб, хоть и до сих пор трудно в это поверить. А было так.

...2016 год, лето, городок Красногоровка, Донецкая область. Сразу на окраине Красногоровки в поле Вопы – взводные опорные пункты, расположенные в траншеях и блиндажах. Это передняя линия обороны. Перед ними дикое поле – «ничейная полоса». За полем – пгт Старомихайловка, фактически пригород оккупированного Донецка. Вон как мы близко к «логову зверя».

2016 рік, Донецька область (передмістя Донецька), пошкоджені вибухами снарядів  вежі ЛЕП
2016 год, Донецкая область (пригород Донецка), поврежденные взрывами снарядов башни ЛЭП

Там, на той стороне степи, также Вопы, траншеи, блиндажи, руины какого-то завода, это также линия обороны, но уже их. Расстояние где-то километр. Очень хорошо видно металлическую водонапорную башню, на которую наши донецкие «оппоненты» почему-то повесили красный флаг. «Back in the USSR?». Ну, кому что...

Вечереет... Грандиозный, аж словами трудно передать, закат над степью. Там, где светило прячется за горизонт, небо залилось, будто подсвеченное гигантской лампой, розово-красным светом. Так, словно там взорвалась атомная бомба и все вокруг – трава, деревья, кусты – ненадолго также окрашиваются в розовый цвет. Чертовски красиво!

Красногорівка (Донецька область), захід сонця в донецькому степу
Красногоровка (Донецкая область), закат в донецкой степи

В это время, когда день уже закончился, а ночь еще не пришла, безграничный донецкий степь напоминает...африканскую саванну. Одиночные деревья в лучах садящегося солнца кажутся пальмами или баобабами, погнутые взрывами металлические башни ЛЭП издалека похожи на жирафов, изогнув свои длинные шеи ищут корм, а подбитый еще в 2015 году танк, башня и пушка которого выглядывают из высокой травы, представляется одиноким африканским слоном, который печально бродит по саванне, отбившись от других слонов...

2016 рік. Красногорівка (Донецька обл.), захід сонця у донецькому степу
2016 год. Красногоровка (Донецкая обл.), закат в донецкой степи

Непревзойденный пейзаж...В такие моменты забываешь о войне...

Но она есть. Латунный ковер гильз под ногами, хвостовики разорвавшихся мин, ящики с патронами, блиндажи, траншеи, уложенные мешками с песком, красные таблички с нарисованными черепами и надписью «Осторожно мины!» – все возвращает в реальность и напоминает, что ты не в мирной Африке, а на воюющем Донбассе.

2016 рік. Красногорівка (Донецька обл.), позиціїї ЗСУ
2016 год. Красногоровка (Донецкая обл.), позиции ВСУ

Последние лучи солнца еще отражающиеся на куполе церковной колокольни, которая стоит в Старомихайловке, на той, вражеской стороне. Если днем присмотреться в бинокль, то под золотым куполом колокольни видно окошко, заложенное мешками с песком. Там стоит тяжелокалиберный пулемет – ДШК или «Утес». Иногда ночью из окошка в нашу сторону летят светлые пунктирные точечки – это тот пулемет на Божьем храме бьет по нам трасерами.

Красногорівка (Донецька область). Боєць ЗСУ заряджає патронами кулеметну стрічку
Красногоровка (Донецкая область). Боец ВСУ заряжает патронами пулеметную ленту

А утром слышать чрезвычайно приятный, сладкий, малиновый, колокольный звон, зовущий к утренней проповеди – это святые отцы, батюшки православной церкви Московского патриархата замаливают потенциальные грехи ночных стрелков, которые за пулеметом в темноте «правили» службу свою. Правда для чего стреляли – не понятно. Попасть с такого расстояния даже из пулемета трудно. Разве трасерами корректировали огонь своих минометчиков или просто провоцировали, чтобы вызвать стрельбу в ответ, а потом все это показать на российском ТВ: вот, мол, «укропи» ничего святого не имеют, даже Божий храм обстреливают...

Впрочем, сегодня тихо. Даже из церкви не стреляют (парадоксально звучит, правда?!!!! Но такие тут реалии. Группа бойцов, среди которых был и я, вернулись с дежурства на позициях и готовились к отдыху. Кто-то еще пил чай, кто-то уже заснул, кто-то погрузился в экран мобильника. Тихая, теплая, летняя донбасская ночь, способствовала отдыха утомленных дневной жарой солдат. Даже ветер в степи успокоился. Ночную тишину нарушали лишь сверчки. Полный штиль.

И вдруг со стороны передовой послышалось несколько выстрелов. Короткая автоматная или пулеметная очередь. На это поначалу никто не обратил внимания. Такое здесь часто бывает, особенно ночью. Постреляют с той стороны и перестанут. Но очереди начали повторяться. Стало понятно, что начиналась, как здесь говорят, легенькая «стрелкотня».

Впрочем, и это не сильно смутило спящих ребят – ну, начали «сепары» стрелять, ну, бывает. Может, скоро прекратят. И не прекратили. Выстрелы зазвучать чаще и уже напоминали дождь, что барабанит по крыше. Стало очевидно, что это не традиционное «спокойной ночи», когда постреляли и успокоились. Нет, это что-то серьезнее. До выстрелов пулемета и автоматов добавились звуки работы миномета.

2016 рік, Красногорівка (Донецька область), бійці  ЗСУ  на позиціях
2016 год, Красногоровка (Донецкая область), бойцы ВСУ на позициях

Когда идет минометный обстрел, то все выглядит так. Далекой хлопок – то «выход», пять, шесть, семь секунд, слышно в небе шуршание, которое все ближе и ближе, – то в вашу сторону с шуршанием летит мина, а потом – ба-бааа-ахх, взрыв! Слава Богу, не рядом, где-то сбоку, перелет. А через мгновение, снова слышишь такой же хлопок – это следующий «выход», снова слушаешь, как в ночном воздухе шурчить хвостовик следующей мины, бросаешься на землю и думаешь: «Только бы не сюда!» А когда раздается звук взрыва, еще инстинктивно вздрагиваешь, прижимаясь плотнее к земле, но и чувствуешь блаженное облегчение – таки не сюда! И так до следующего «выхода». Это минометный обстрел.

Сейчас пока не понятно – бьют из 82-миллиметрового миномета или из запрещенного Минскими соглашениями 122-го калибра.

Заработала рация. С позиций доложили командиру роты, капитану с позывным Эксим, начался сильный минометный обстрел, а на стороне «сепаров» видно какой-то «движняк» – слышен шум моторов гусеничной техники, то там все сильно зашевелился. Неужели замыслили прорыв? Прямо как в песне про танкистов: «В эту ночь решили самураи, перейти границу у реки».

Реки на том участке фронта не было – линия разграничения шла по полю и озеру. Неужели вот именно в эту теплую и ласковую ночь ее будут штурмовать? Неужели началось то, о чем так долго нас пугали на разных Интернет-ресурсах – наступление?! Ротный начал быстро будить всех, кто еще спал, но таких уже было мало – от близких взрывов мин проснулись почти все. «Так, пацаны! Давай, раз-два, накинули броник, каски, оружие в руки и бегом на позиции».

И взяв автомат, Эксим быстро выскочил из дома, где мы ночевали, в темноту донецкой ночи. Я успел прихватить видеокамеру, автомат сам накинул бронежилет, каску и также выбежал на улицу, откуда все громче и громче слышались взрывы и длинные пулеметные очереди.

Впрочем, фраза «темнота ночи» в этом случае оказалась литературным штампом. Ночь была очень и очень светлой. Но не от сияния луны или звезд, а от того, что прямо перед нами ярко-оранжевым пламенем мощно горел один из наших опорных пунктов – блиндаж на линии фронта, где хранилось оружие и боекомплект. Видимо, где-то рядом попала вражеская мина или деревянные перекрытия защитного сооружения подожгла трасирующая пуля.

Июль 2016, Красногоровка. Боец 10 ОГШБр Назар на боевом дежурстве
Июль 2016, Красногоровка. Боец 10 ОГШБр Назар на боевом дежурстве

Горящий «опорник» напоминал извержение вулкана. А рядом, словно муравьи, туда-сюда носились человеческие фигуры – это бойцы ниряючи в помещение блиндажу, теперь больше похоже на огненную пещеру, выносили на себе уже горячие от температуры ящики с боеприпасами для гранатомета. Не дай Бог, все бы это детонувало – тогда бы этот ВОП стал большой обпеченою братской могилой...

Красногорівка (Донецька обл.), боєць ЗСУ (10 ОГШБр) на позиціях
Красногоровка (Донецкая обл.), боец ВСУ (10 ОГШБр) на позициях

Но ребята, несмотря на пожар и жару от нее, словно забыв о вражеских пулях, что резали ветви над головой, несмотря на вероятный взрыв боекомплекта, все выносили и выносили из огня оружие, гранаты, приборы ночного видения, «цинки» с патронами.

Мы – я, ротный, другие бойцы – бежали из дома, где ночевали, в сторону горящих позиций. Огонь словно прожектор освещал нам дорогу. Обычно это расстояние мы преодолевали за пять минут. А тут понадобилось немного больше времени – вдоль этой освещенной пламенем тропы падали мины. Приходилось услышав очередное шуршание в воздухе мгновенно, если успеваешь, вычислить траекторию полета мины и валиться на землю, куда-нибудь подальше от предполагаемого места ее падения.

Когда в багряном от огня небе раздавалось нечто похожее на «Ши-шиии-ш-шуу-у», кто-то кричал: «Мина!», и мы дружно, как по команде, бросались в разные стороны от дороги в мягкую, как ковер, траву (до сих пор помню, и трава была теплая, мягкая и приятная на ощупь, очень хотелось окунуться в нее всем лицом, закрыть голову обеими руками, лежать так и не вставать). Когда я такое видел в старых советских художественных фильмах про Вторую мировую войну. А вот теперь наблюдаю в реальности...

Бежать было тяжело. Мы постоянно то ложились, то вставали, снова бежали, а потом, когда сверху шуршали, снова ложились. В бронежилете такой «фитнес» не очень приятная вещь. Впрочем, адреналин, выстрелы, взрывы, динамика этой ночной тревоги не давали почувствовать усталость. Мы бежали на позиции до пожара, там уже чулась целая канонада – работали чужие и наши пулеметы. Ротный Эксим бежал туда, чтобы командовать во время боя, бойцы – чтобы занять каждый свою стрелковую нишу и отражать вероятную атаку.

Я бежал, чтобы все это снять на видеокамеру. Бежал и снимал. Пытался на ходу держать камеру максимально ровно. Это не всегда удавалось. Мешал бронежилет, каска, которую не было времени застегнуть, и она постоянно сползала на глаза. С правой стороны в бронежилет ударялся пока что ненужный автомат. И так увешанный всем этим добром, словно средневековый рыцарь в доспехах, я периодически, когда слышал крик «Мина!», с грохотом плюхался на землю. И если от мин мы прятались, и падали, то на характерный, тонкий, пронзительный, какой-то металлический звук «Ть-иии---уууу» («пение» пули в полете), уже почти никто не обращал внимания. Потому что когда такое слышишь, то значит, что пуля уже не опасна и она просто пролетела рядом с твоей головой, но все равно инстинктивно хотелось пригнутись и вдавить голову в плечи – а вдруг следом будет другая пуля, более точная...

2016 рік, Красногорівка (Донецька обл.), позиції ЗСУ після ворожого обстрілу, який спричинив пожежу
2016 год, Красногоровка (Донецкая обл.), позиции ВСУ после вражеского обстрела, который вызвал пожар

 

Мы добежали до горящего ВОПа. Эксим, оценив ситуацию, принялся по рации корректировать огонь наших «бех» (так в армии называют БМП – боевую машину пехоты). Справа заработали наши пулеметы, бойцы занялись работой: кто-то бросился к траншеям и легши на мешки с песком начал вести огонь в ответ; кто-то принялся помогать тушить пожар. Один сорвиголова где-то достал огнетушитель и вплотную подошел к еще горящему «опорника». Это было рискованно – в огне все время с треском хлопали патроны, которые так и не успели вытащить. Взрываясь, с треском, поднимая столб дыма и искр, они выбрасывали в одну сторону шар, в другую – горячую гильзу, что могла травмировать не меньше пули. Бррр! Я вдруг подумал, что это напоминает наш львовский Стрыйский парк или парк Костюшко, когда дворники осенью сжигают опавшие листья и в огне, вот так же, с треском «стреляют» каштаны... О, наш уютный, осенний Львов, где же ты?... Ага, нашел время и место для сентиментальных воспоминаний! Самому стало смешно.

Я присматривался к этим людям, которые без паники, спокойно и деловито во время очередного ночного минометного обстрела тушили пламя, тут же ремонтировали разрушенные минами и пожаром укрепления, стреляли в ответ. Они все делали так четко и слаженно, двигаясь, как пчелы, или как рабочие на стройке, будто каждую ночь у них здесь горят блиндажи, над головами пролетают трассеры, в огне взрываются патроны, а рядом падают мины.

2016 рік, Красногорівка (Донецька обл.), біці ЗСУ заряджають зброю у перерві між боєзіткненнями
2016 год, Красногоровка (Донецкая обл.), драка ВСУ заряжают оружие в перерыве между боевыми столкновениями

 

Их деловитая неторопливость, словно говорила: обстрел, пожар, пули – обычное дело, что тут такого, привыкла вещь! Война... Для почти всех этих ребят эта война первая в жизни. А одна треть из них вообще даже срочную службу не проходили и в армии оказались на волны мобилизации 2015 года. Но из-за их профессиональные действия казалось, что эти, еще недавние, водители маршруток, фермеры, офис-менеджеры, таксисты, инженеры, строители, студенты, призванные в армию повестками, всю жизнь стреляют из БМП, гранатометов, РПК, ДШК...

А впрочем, воевать они уже учились здесь, на ходу. Я удивлялся: все люди, по крайней мере, на словах желают мира. Но насколько быстро человек обучается искусству коллективного убийства, то есть искусству войны, насколько быстро привыкает к войне... Странно... Может, это, ну, если не тяга к войне, то, хотя бы, умение привыкать к ней и спокойно воспринимать войну – у нас в генах? Ведь вся история сознательного человечества – это фактически история больших и малых войн? Или это быстрое привыкание к войне и смерти, которая всегда рядом, то просто стандартная защитная реакция психики, ну, чтобы не было страшно и не сойти с ума от своего страха? Не знаю....

Я снимал все это видеокамерой, сколько хватило заряда в батареи. Для чего снимал? Меня же никто не просил и не заставлял это делать. Да и кому нужны будут эти кадры маленького, локального, ночного боя непонятной, нечестной войны, которую и войной то не всегда называют, а сдержанно – Антитеррористической операцией, а теперь уже Операцией объединенных сил?

2016 рік, Красногорівка (Донецька обл.). Позиції ЗСУ. Колективне фото після бою бійців 10 ОГШБр, 8 штурмовий батальйон, 2 рота
2016 год, Красногоровка (Донецкая обл.). Позиции ВСУ. Коллективное фото после боя бойцов 10 ОГШБр, 8 штурмовой батальон, 2 рота

Горящий ВОП удалось быстро потушить. Ребята успели вынести из огня ящики с боєзарядами. Огнем в ответ сумели заставить противника замолчать. Обстрел прекратился. Бой стих... Без единого убитого. Лишь командир роты, Эксим, получил контузию, когда мина бахнула очень близко.

И уже потом я понял, как нам всем тогда повезло. Никого не задели осколки мин, никого не ранили уже наши патроны, с треском взрывались в горящем блиндажи, никого из нас не задели вражеские пулеметчики, хотя когда сильно горел ВОП, мы были освещены, как на сцене, и наши суетливые контуры в касках на головах были хорошо видны с той стороны поля – просто идеальные мишени! Но, повторяю, все тогда остались живы. Также, наверное, чудо. Маленькое чудо войны.

2016 рік, Красногорівка (Донецька обл.), корпус танка, підбитого у боях 2015 р.
2016 год, Красногоровка (Донецкая обл.), корпус танка, подбитого в боях 2015 г.
2016 рік, Красногорівка (Донецька обл.), корпус танка, підбитого у боях 2015 р.
2016 год, Красногоровка (Донецкая обл.), корпус танка, подбитого в боях 2015 г.

Вот, собственно и все. Наверное, многие парней, которые в разный период течения АТО - ООС побывали на «нуле», на передовой, могут вспомнить нечто подобное из своего опыта. И все они могут подтвердить, что даже на войне, там, где всегда страшно и неприятно, иногда случаются удивительные вещи. Хотя настоящим чудом будет то, что эта война когда-нибудь закончится и на Донбассе перестанут стрелять...

Юрий Лелявский,
журналист,
для ИA ZIK

Читайте больше новостей на тему: война на Донбассе


Реклама

Вы планируете расширять штат сотрудников и поэтому вам требуется офис побольше? Арендовать офис в Киеве можно на сайте https://arcon.com.ua/arenda-ofisov.html. Именно здесь вы найдете много интересных и актуальных предложений из которых сможете выбрать наиболее подходящее.

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.

* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
Top
2019-08-22 19:33 :54