суббота, 17 ноября, 2018, 16:15 Общество
Марк Р. Стэх: Первым ростком традиции украинского поэтического кино был фильм «Звенигора»

Когда начинается история украинского кино? В энциклопедиях найдем информацию, что первые «синематографы» были в Украине еще в 1896 г., а в начале ХХ века появились первые короткометражки с этнографически украинской тематикой. И разве можем трактовать эти примитивные ленты как начало украинского кинематографа? В конце концов, даже создание в 1922 г. Всеукраинского Фото-Кино- Управления, ВУФКУ, и основание киностудии в Одессе в 1923 году это еще не совсем начало нашего кино. Сначала абсолютное большинство фильмов, снятых под эгидой ВУФКУ не имело никакого отношения к Украине, а редкие исключения демонстрировали карикатурно- стереотиповой гопако-шароварный подход к национальной культуре.

Пожалуй, первыми серьезными произведениями украинского кино стоит считать три кинофильма Леся Курбаса, гениального режиссера и основателя театра «Березиль». Но эти фильмы были уничтожены в 1930-х гг. и мы можем судить об их ценности лишь по кратким описаниям и нескольким сохранившихмся фотографиям. Первый высококачественный и глубоко украинский по сути кинофильм, который сохранился до сегодня, это изготовленный в 1927 году фильм «Звенигора». Это не только удивления достойное начало украинского киноискусства, но и оригинальный шедевр мирового масштаба, который был первым ростком мощной позднее традиции украинского поэтического кино.

Фото з відкритих джерел
Фото из открытых источников

Автором «Звенигоры», конечно, считают Александра Довженко, ведь он был режиссером окончательной версии. Но многие ли знают, что Довженко не только не имел никакого отношения к созданию замысла и сценария, но в процессе съемок и монтажа настолько отошел от первоначального замысла, что авторы сценария демонстративно сняли свои фамилии с титров? Кем были эти авторы, и почему история создания фильма впоследствии долгие годы была покрыта тайной?

Дело в том, что с точки зрения советского истеблишмента авторы сценария «Звенигоры» были «врагами советского народа». И если один из них, Майк Йогансен, бесспорно, один из самых интересных и самых искусных украинских писателей 1920-х годов как-то вписывался в контекст культуры УССР и был лишь одной из жертв сталинского террора, то второй автор, которому и принадлежал замысел произведения, был откровенным врагом коммунистической системы. Сегодня в титрах «Звенигоры» под рубрикой сценарий рядом с фамилией Йогансена стоит псевдоним Юртик. За псевдонимом прячется личность Юрия Тютюнника, легендарного героя борьбы за независимость. Он генерал Армии УНР, член Центральной Рады, командир войск УНР в центральной и восточной Украине, а впоследствии огранизатор и проводник Второго зимнего похода в 1921 г., который был последним крупным выступлением Армии УНР против советской власти.

Оказавшись после поражения во Львове, Юрий Тютюнник не покинул желаний и планов продолжить повстанческую войну, и его старания и амбиции, усиленные конфликтом с экзильним правительством УНР и Симоном Петлюрой, использовали агенты ЧК. В причудливой агентурной интриге они создали фиктивную повстанческую организацию, которая якобы призывала Тютюнника тайно вернуться в Украину, чтобы возглавить антикоммунистическое восстание. Генерал наконец поверил, но на границе его арестуют чекисты и под угрозой смерти принуждают к сотрудничеству в ряде действий для дискредитации УНР. Зато ему какое-то время позволяют жить и работать. И именно тогда увлеченный личностью генерала Майк Йогансен помогает ему устроиться на работу и пишет вместе с ним сценарий первого шедевра нашего кино.

Фото з відкритих джерел
Фото из открытых источников

Если утонченная стилистика сценария, которая имела огромное влияние на развитие Довженко, принадлежит Йогансену, то идея «Звенигоры» – Тютюннику. Она основывается на легенде из родного ему региона Черкащины о сокровище, спрятанном веками в недрах горы. В фильме клад является символом истоков украинского духа, свободы и благосостояния Украины. В разных эпизодах изображены различные эпохи национальной жизни: скифы, Киевская Русь, монгольское нашествие, казачество и его война с Польшей, стихия Гайдаматчины вплоть до революционной войны 1917-1921 гг., во время которой происходит драматический конфликт. Главный герой фильма – это ветхий Дед, который символизирует вековой традиционно земледельческий дух Украины, неизменный несмотря на порабощения наездников, войны и революции. Дед является искателем, а одновременно и хранителем скрытого сокровища. У деда двое внуков. Старший очень скептически относится к традиционному украинскому  мировоззрению , не верит в его духовные основы и становится большевиком. Младший, для которого мир деда является духовным идеалом, присоединяется к Петлюровской армии.

 

Довженко, сам бывший солдат Армии УНР, который впоследствии стал убежденным коммунистом, переписав сценарий, отдал предпочтение позитивному изображению большевиков. Он изобразил петлюровцев как наивных романтиков, слишком привязанных к национальным легендам и традициям, для которых, мол, уже нет места в современном мире. Зато большевики сосредоточены только на будущем: они не верят в легенды и предрассудки, которыми для них является чуть ли не вся духовная жизнь человека, хотят сломать старые порядки, преобразовать жизнь через индустриализацию и построить коммунистический рай на земле. В последней сцене большевики берут Деда с собой в поезд, на котором символически мчатся в неизвестное «светлое будущее».

Мы хорошо знаем сегодня, какими оказались этот рай и это будущее. Да и сам Довженко не смог создать в «Звенигоре» последовательно позитивный образ большевиков. То ли мифическая идея национального сокровища не поддалась идеологической догме, то ли патриотизм Довженко оказался несовместимым с его верой в коммунизм, но в конечном счете фильм оставляет неоднозначное впечатление. Ибо разве можем считать положительной характеристику идеального якобы большевика, который, чтобы бороться за революцию, должен убить свою любимую? Это же четкая параллель с образами дегенерированных коммунистов в произведениях других авторов: то ли чекиста, что убивает мать в «Я Романтике» Николая Хвылевого, то ли героя «Патетической сонаты» Николая Кулиша, который, расстреливая любимую, уничтожает собственные самые дорогие идеалы. В конце концов, в фильме большевики не находят символического клада Украины, а наоборот, Дед открывает тайну клада внуку-петлюровцу. Или же что означает мистическое предостережение после победы большевиков: «Вот идет антихрист!»? Или это предчувствие демонического характера сталинизма?

Фото з відкритих джерел
Фото из открытых источников

В следующем фильме «Арсенал», к которому он сам написал сценарий, Довженко смог последовательнее идеализировать большевистскую идеологию. Этот фильм, который украинская культурная элита расценила как предательство национальных идеалов, весьма понравился Сталину и, в конечном счете, наверное, спас Довженко жизнь во время сталинского террора. Довженко смог не только выжить, но и создать другие шедевры,  в частности «Землю», стать классиком мирового кино, а в конце 50-х именно его творчество стало первым ростком нового возрождения украинской культуры... О продолжении традиции украинского поэтического кино, смотрите здесь.

Марк Роберт Стех,
для ИA ZIK

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.
* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
Top
2018-12-18 17:40 :08