понедельник, 12 ноября, 2018, 14:03 Львов
Готовность медицины катастроф к катастрофе – под знаком вопроса. Львовское измерение

На Львовщине участились жалобы жителей на то, что они не могут получить своевременно экстренную медицинскую помощь. На «горячей линии» области сообщили: есть две основные группы жалоб о невыезде «скорой» на вызов и о том, что «скорая» очень долго добиралась до места назначения.

В частности, в октябре люди жаловались, что «скорая» за 40 минут не приехала к ребенку с инвалидностью, у которого были резкие боли в животе. К ребенку с лихорадкой выше 39 градусов в Новом Яричеве «скорая» ехала не местная, а львовская почти час. В Николаеве в течение 40 минут не могли дождаться приезда медиков, когда человеку стало плохо на улице. Есть жалобы на правительственную «горячую линию», немало публикаций в соцсетях. Так, к львовянке, которой за 80, скорая помощь ехала более трех часов, и то после того, как ее дочь сказала, что работает в СМИ. Другой случай – в Яворовском районе на вызов к больному с подозрением на инфаркт прибыла бригада, у которой не было чем на месте сделать кардиограмму. По словам руководителя департамента здравоохранения ЛОГА И.Микичак, столько жалоб на работу «скорой», как сейчас, не было никогда ранее.

Что же происходит с экстренной медициной Львовщины, которой почти два года руководит Владимир Похмурский? Почему структура не работает четко и слаженно, как часы? Можно ли надеяться на надлежащую работу службы в случае какой-то катастрофы?

О ситуации во Львовском областном центре экстренной медицины и медицины катастроф корреспондент ИA ZIK пообщалась с Людмилой Герой – экс-заведующим учебно-тренировочного отдела, председателем первичной профсоюзной организации центра (с 2006 года – со времени его основания) и Лилией Сиротой – заведующим информационно-аналитического отдела центра, экспертом по экстренной медицинской помощи.

Сбои на «скорой»: объективные и субъективные факторы

Что происходит с экстренной медициной Львовщины? Есть ли на это объективные причины, что «скорая» не может работать четко и слаженно, как часы, или имеют место какие-то другие факторы?

Лилия Сирота: Есть субъективные и объективные факторы. Никогда нельзя исключать человеческого фактора. Имеем ситуацию, когда население нищает, не в состоянии обеспечить свои потребности в отношении медицинского обслуживания. Менталитет, что везде надо идти и нести деньги, мешает людям правильно расставлять акценты. На сегодня экстренная медицинская помощь остается спасительной звеном: у меня нет денег, нет здоровья сидеть в поликлинике, поэтому вызову «скорую». Испокон веков к работникам «скорой» было чрезвычайно высокое доверие. Приедут, осмотрят, дадут рекомендации, еще какую-то таблеточку дадут. Возникает ситуация, что часть людей становятся нашими постоянными пациентами. Сейчас мы реформируемся. Работа направлена на оказание помощи именно в экстренных случаях. Информационная кампания, которую проводит Минздрав, не всем достижима. Прослойка населения старшего возраста, люди, которые привыкли думать, что им все обязаны – они с этим согласиться не могут ментально, интуитивно: как это так, что к ним не приедет скорая?! Соответственно поступают жалобы.

Другая объективная ситуация. Потерялось элементарное человеческое уважение к представителю профессии, которая спасает жизни. Служба скорой помощи – очень затратная, функционирует за счет государства.

– Государство взяло на себя такое обязательство, что экстренная медицинская помощь полностью обеспечивается из бюджета и бесплатна для граждан...

Лилия Сирота: Мы только с 2012 года слышим обещания. В 2012 году вступил в действие закон об экстренной медицинской помощи. Мы получили новые машины, но они изнашиваются. После этого, как бы мы не шли и не стучали, до сегодня больше ничего не получили. Но это дается маленькими «порциями». Все старое ездит дальше. Особенности географии города и области, состояние дорог, соответственно срок прибытия – все имеет тяжелый объективный характер для недовольства населения. 10 минут в городе прописано законом. Часто машина не может доехать за такое время – тут ремонт надо объехать, тут пробка, тут авария. Это объективные факторы. Хотя, несмотря на все, быстрая старается как можно быстрее доехать.

Каково реальное время доезда скорой на вызов в Львове?

Лилия Сирота: В экстренных случаях (инфаркт, инсульт, острая боль в животе, открытое кровотечение, ДТП, несчастные случаи на производстве, в спорте, в школе и т. п) было 80% своевременного доезда. На сегодня это около 60-70% – в зависимости от количества вызовов, которые поступают в нашу службу.

А в области?

Лилия Сирота: Считаю немного дискриминационной норму закона о сельской местности. Если пункт «скорой» есть в селе, то почему на вызов нужно ехать 20 минут – там что другие люди? Мы к ним едем также 10 минут. Есть ближние во Львов деревни, куда скорая успевает доехать за время до 15 минут. Это если нет препятствий.

Людмила Гера: Есть объективные причины. Машины изнашиваются, их катастрофически мало. Никто еще не отменял норматива одна бригада скорой помощи на 10 тыс. населения. На самом деле в разы меньше. И этот фактор влияет на своевременный доезд к пациентам Львовщины.

Лилия Сирота: По штату на конец 2017 года у нас числилось 166 бригад. Бригада – это три человека, две личности. А большинство бригад, которые работают на территории области в районах и селах – это водитель и фельдшер. Сказать, что это полноценная бригада не можно.

В Львовской области 265 населенных пунктов, которые фактически не покрыты возможностью оказания экстренной медицинской помощи – доехать туда за 20 минут нереально.

Это горные районы?

Лилия Сирота: Не только горные районы, но и северо-восточная территория области – часть Сокальского, Буского и Каменка-Бугского районов. Там есть такие села и такие дороги, что туда доехать невозможно. А тем более доставить пациента из такого села до больницы за час, как это прописывает МИНЗДРАВА – очень трудно.

Людмила Гера: В Перемышлянском районе в прошлом году был вызов во время непогоды – снегопада, тогда более километра фельдшер и водитель шли пешком. Физически машина не доехала. К сожалению, когда они прибыли на место вызова, женщина умерла. Хотя у нее был сельский фельдшер, которая оказывала помощь в пределах своих возможностей. На скорую ждали, потому что надо было госпитализировать женщину.

Почему люди жалуются? Когда человек в состоянии боли или экстренной события, особенно, когда теряется драгоценное время, а иногда здоровье и жизнь, тогда минута уходит на час. Люди звонят, что не приезжает «скорая». Они думают, что скорая – это быстро. У нас есть время доезда, но есть физические и технические факторы.

Сейчас количество машин намного уменьшилась. На комиссии по вопросам коммунального имущества и приватизации 12 сентября 2018року п.99 было согласовано КЗ ЛОР «Львовский областной центр экстренной медицинской помощи и медицины катастроф» произвести списание основных средств, а именно списать сразу 35 машин. Это очень много. Львовский областной совет выделил средства, получили семь новых машин, но они пока не введены в эксплуатацию.

Лилия Сирота: Уже где-то три месяца не введен в эксплуатацию автомобиль, который закупил МИНЗДРАВ. Каждая машина на вес золота.

Какие же субобъективные факторы сбоев в работе «скорой»?

Людмила Гера: Вопрос, который нас чрезвычайно болит – организация работы учреждения.

Лилия Сирота: Работники скорой помощи работают 12 часов в сутки. 12 часов – 12 вызовов. Или работники являются работами?! Главное в оказании экстренной помощи – качество. От этого зависит жизнь, здоровье или инвалидизация пациентов. Качество медицинской помощи может быть при таких обстоятельствах?!.

Людмила Гера: Управленческая деятельность учреждения здравоохранения, помимо прочих, имеет составляющие: управление, организация, издание распорядительных документов, контроль и отчетность о проделанной работе. Если есть четкая организация работы, видение, знание нормативно-правовых актов, правильное распределение обязанностей согласно должностям, контроль, подчинение, то даже в таких сложных условиях можно должным образом организовать работу. Сейчас я не вижу никаких организационно правильных основ для качественной, эффективной работы учреждения в целом.

Надо поблагодарить персонал, который сейчас работает в бригадах «скорой» с большой нагрузкой. Служба работала и раньше в таких же условиях, но почему-то не было такой текучести кадров. Люди увольняются, надо дать большую зарплату. Конечно, это от руководства центра не зависит, а от высшего руководства страны. Но руководитель как организатор имеет стимулирующие факторы – как моральные, человеческие, так и материальные – премирование. Есть моральные стимулы к работе в учреждении? Судя по последней встрече нашего руководителя с бригадами скорой помощи подстанции №2 и его неэтичное поведение... Неэтичное поведение в отношении людей, которые хотят подойти к руководителю и выяснить какие-то вопросы. Руководитель отвечает: «Вы крадете мое время!», «Вы имеете 6 минут!», «Что я должен с вами говорить?».

Я удивляюсь нашему руководителю, когда на оперативных совещаниях, где все руководители структурных подразделений обязаны быть, есть только определенные люди, а других руководителей подразделений нет. Молодой персонал присоединяется к управлению заведением. Я это приветствую. Работаю с удовольствием с молодыми специалистами и специалистами. Всегда готова помочь этим людям и передать свои организаторские знания. Наш руководитель В.Похмурський, угрожая наказанием, увольнением с работы, запрещает общаться работникам учреждения с нами – опытными руководителями. Отстранен от работы заместитель генерального директора по медицинской работе, этот участок работы не проводится. Медицинский совет за время каденции нынешнего руководителя была один единственный раз. А одной из задач медицинского совета является контроль качества оказания медицинской помощи. Разве можно говорить что служба экстренной медицинской помощи под руководством В.Похмурського работает слаженно и нет конфликта в коллективе?

Лилия Сирота: Как можно правильно организовать процесс, когда руководитель за все время на посту ни разу не поинтересовался аналитической деятельностью?! Медицинская статистика, информационная, аналитическая деятельность – это стержень. Я работала под руководством не одного главного врача, основа основ – анализ. Без этого невозможно спрогнозировать ни развитие службы, ни нужды, ни смету на предстоящую работу.

Помните эпидемию гриппа 2009 года. Была паника у населения. Но тогда хвалили львовскую станцию скорой помощи, потому при поддержке управления здравоохранения мы выдержали этот удар. При том наши работники не убегали на больничные, не сдавали дежурство – все были сознательны того, что работают для людей. Сейчас же стараются уклониться: нагрузка нечеловеческая, молодежь увольняется с работы, остаются закаленные опытные люди, на которых надо молиться. И надо молить Бога, чтобы у нас не случилась эпидемия гриппа. Потому что вы людям не объясните, что высокая температура – это не повод для экстренной помощи. Человек имеет право на медицинскую помощь из любого источника – из первичного, вторичного, третичного звена. И он имеет право обратиться в «скорую», а врачи-консультанты должны разобраться в ситуации, оценить состояние.

Людмила Гера: Мы бы не согласились на такой разговор, если бы нам было безразлично настоящее, очевидно не лучшее, состояние службы. В 2006 году мы начинали и кирпич за кирпичом формировали Львовский областной центр экстренной медицинской помощи и медицины катастроф. В 2012 году вышел закон (Об экстренной медицинской помощи, – ZIK), а с 2013 года к нам присоединилась все вся область. С 1 января 2013 года я исполняла обязанности заведующего станции экстренной медицины всей области. Мы людей, которые присоединились к нам из районов сплотили, объединили, объяснили, что мы работаем в одной объединенной службе, что они остаются работать в местах своей дислокации. Единственное новое в службе – это будет подчинение Львовскому центру медицины катастроф. Действительно, улучшилось медикаментозное обеспечение, обеспечение горюче-смазочными материалами, оснащение. Далее было обучение. После назначения меня на должность заведующего учебно-тренировочного отдела, было начато обучение и практическая подготовка всех работников, которые работали на «скорой» Львовской области. Все водители, которые были в составе выездных бригад прошли тогда обучение. В районах бригада – это водитель и фельдшер. Водители – это дополнительные руки. Конечно, они не делали медицинские манипуляции, но знали, как помочь медикам в той или иной ситуации, используя приобретенные знания и навыки. Новые водители, которые пришли теперь, этого не проходили.

Учебно-тренировочный центр экстренной медицины Львовщины – не работает

Сейчас цэй учебно-тренировочный центр экстренной медицины области не работает?

Людмила Гера: Когда пришел В.Похмурський, учебно - тренировочный отдел не работает согласно задач и функций, в отделе не проводятся систематические занятия с медицинскими работниками выездных бригад. Когда в 2017 году господин Похмурский был назначен на должность, мы завершали обучение и практическую подготовку с младшими медицинскими сестрами, которые работают в составе выездных бригад. Я как руководитель учебно-тренировочного отдела обратилась к В.Похмурскому с предложениями относительно начала прохождения практической подготовки для медицинских работников Львовской станции скорой медицинской помощи. Мне было сказано: «Позже. Не ко времени».

Хорошо практически подготовлен персонал выездных бригад экстренной медицинской помощи – это залог качества и эффективности оказания медицинской помощи пациентам во внегноспитальных условиях. У нас есть дорогостоящее симуляционное оборудование, помещения. Работники службы экстренной медицинской помощи имеют возможность систематически проходить такие учения и отрабатывать практические навыки на манекенах и муляжах. Например, пошагово – отработка практических навыков по проведению реанимационных мероприятий бригадой, следующее – оказание помощи при остановке кровотечения или травмах, дальше – тренировки оказания помощи бригадой экстренной медицинской помощи пострадавшим при ДТП. Для этого есть все возможности. Работали в учебно-тренировочном отделе опытные преподаватели-инструкторы, из числа практических врачей, которые имеют украинские и международные сертификаты для такого вида деятельности. Генеральный директор В. Похмурский их уволил. Отсутствие таких систематических учений-тренировок для работников «скорой» – это, по моему мнению, умышленное бездействие генерального директора.

Центральная диспетчерская «видит» не все

Из позитива, которым, наверное, может похвастаться областной центр экстренной медицины и медицины катастроф – наконец заработала центральная диспетчерская, о которой говорили много лет и которая «видит» и управляет всеми автомобилями скорой помощи...

Лилия Сирота: Она заработает тогда, когда будут подключены все районы области, когда она выйдет из тестового режима.

Львовская станция скорой была одной из первых в Украине, которая имела автоматизированное поступление и распределение вызовов с 2003 года.

Сейчас закуплен новый программный продукт и оборудование. Но должен быть персонал, который нужно было подготовить, научить. Мы с Людмилой Герой и заместителем генерального директора по медицинской работе Ярославом Пилипцом работали в одном европейском гранте трансграничного сотрудничества, имели возможность посетить наших соседей в Польше и ознакомиться, как работают там диспетчерские. Мы посвятили около 1,5 года написанию алгоритма приема вызовов для оперативного реагирования на обращение. Эти алгоритмы были очень доступны. Поставив три-четыре вопроса, диспетчер ориентировался, как определить – экстренный или не экстренный вызов и какую бригаду послать. Это было брошено и сказано: «Здесь ничего оригинального?!». Как можно так пренебрежительно относиться к людям, которые в службе проработали всю свою сознательную жизнь, начиная от рядового врача?!

От того, насколько правильно сработают диспетчеры, очень много зависит. Раньше диспетчерами работали медики с образованием, которые имели опыт работы в бригадах. Сейчас набирают работников которые только закончили обучение в колледже, которые еще не знают практической медицины, не работали у пациента, не ориентируются в географии нашей области. Алгоритмы приема вызовов не утвердили. Оперативная диспетчерская рассчитана на 23 рабочих места, фактически работают до 9 человек.

Людмила Гера: В.Похмурский получил структуру. Условно – это дом, который имел все кирпичи, все коммуникации, и в котором работали люди. Эту структуру надо было поддержать, усовершенствовать, сплотить коллектив, и дать возможность нормально работать всем. Но, к сожалению, уволились высококвалифицированные специалисты, специалисты, которые могли бы, используя свои знания и опыт, работать на улучшение состояния службы и на его прогрессивное современное развитие.

А что выполнено из обещаний господина Похмурского, которые он давал, когда его утверждали на должность генерального директора Львовского центра медицины катастроф на сессии областного совета? Новые санитарные машины для службы экстренной медицинской помощи Львовщины закуплены за средства, выделенные из областного бюджета, следовательно, это не личная заслуга господина Похмурского, а областного совета и департамента здравоохранения. К слову, такого хорошего финансирования, которое сейчас имеет центр медицины катастроф благодаря областной власти – не было за все предыдущие годы. Введение в эксплуатацию центральной диспетчерской – не его заслуга. Оперативно-диспетчерская служба Львовской станции скорой медицинской помощи уже работала в течение многих лет. Имела возможность лично ознакомиться с ее работой. Помещение было уже готово, деньги на реконструкцию и закупку программы выделил Львовский областной совет.

С моей точки зрения как управленца, большой минус В.Похмурского – это отсутствие организации и управления таким важным структурным звеном Львовского центра медицины катастроф как оперативно-диспетчерское подразделение, несмотря на новые технологии в работе этого отдела.

Следствие – поток жалоб людей. В такой ситуации руководитель должен чуть ли не круглосуточно быть на работе. Эта служба требует круглосуточного контроля и контакта. А человек, который сидит до обеда, а дальше передает свои функции, потому что не хочет, чтобы его тревожили – не знаю, соответствует  ли такой руководитель должности.

Считаю, что центральное диспетчерское управление для нормализации работы требует наличия управленческих кадров, имеющих опыт работы в этой сфере деятельности и смогут научить работать персонал диспетчерской, несмотря на инновации в работе. А это, соответственно, улучшит уровень знаний персонала и непосредственно – организацию работы отдела. И особенно есть потребность в надлежащем кадровом наполнении оперативно-диспетчерского управления, что позволит нормализовать работу и уменьшить нагрузку на персонал в центральной диспетчерской и, соответственно, улучшится уровень работы центра медицины катастроф в целом.

Я очень давно работаю в медицине, но не видела, чтобы руководитель какого-либо учреждения здравоохранения не выполнял приказы департамента здравоохранения, который осуществляет отраслевое управление. Когда из департамента приходил приказ и на выполнение которого врачи учебно-тренировочного отдела должны были проводиться тренинги для медицинского персонала учреждений здравоохранения Львовской области, Похмурский запрещал это делать.

За два года не утверждено новое штатное расписание, структура, не заключен коллективный договор. Все пущено на самотек. Морально работать очень тяжело.

В то время генеральный директор Похмурский ищет виновных в своем неумении организовать работу такого мощного учреждения здравоохранения.

Готовность медицины катастроф на случай масштабного ЧП – под знаком вопроса

– Учитывая эту ситуацию, должным ли образом среагирует «скорая» Львовщины в случае чрезвычайной ситуации или, не дай Бог, теракта, когда массово нужна быстрая и качественная помощь?

Лилия Сирота и Людмила Гера: Это – знак вопроса.

Лилия Сирота: Ранее был план готовности к чрезвычайной ситуации.

Людмила Гера: Были ли совместные планы взаимодействия со всеми аварийно-спасательными службами на случай возникновения чрезвычайной ситуации.

Есть ли сейчас такие планы, я не могу сказать. С тех пор, как пришел В.Похмурский, нас изолировали от любой информации, необходимой нам для выполнения своих должностных функций. При возникновении любого экстренного события готовность к работе «скорой» в этой ситуации зависит от количества бригад, нормального функционирования оперативно-диспетчерской службы, коммуникации с другими спасательными службами, от уровня подготовки персонала службы и других факторов.

Люди, с которыми я общалась и которые работают в бригадах со смартфонами, жалуются, что где-то не срабатывает техническая составляющая для получения вызова и соответствующей работы на смартфоне – отсутствует Интернет, выбивает свет в помещениях диспетчерской, кое-где не работают смартфоны, нет достаточного уровня обучения для работы со смартфонами. В зонах, где нет Интернета, вызов не поступает. Поддерживаю введение новой оперативно-диспетчерская служба как прогрессивное направление работы экстренной медицинской помощи. Но должен быть пошаговый алгоритм. Если это тестовый режим, параллельно должен быть старый режим связи – рации, сотовая связь. На случай технических проблем со смартфонами есть потребность в альтернативном средстве связи и коммуникации.

Общаюсь с работниками скорой помощи, которые работают в районах Львовской области и спрашиваю улучшилась ли у них работа после подключения их к центральной диспетчерской. Есть, оказывается, ряд проблем с приемом и передачей вызовов и топографическим расположением места вызова, которые на настоящее время нет кому решать. Поэтому есть несвоевременный доехать до пациентов, недовольство и еще один поток жалоб на работу скорой. Опять же, хочу повторить, надо сказать спасибо всем работникам службы экстренной медицинской помощи за их труд в этих достаточно сложных условиях

Лиля Сирота: Врач, которая работает в бригаде со смартфоном, на котором нужно все зафиксировать, мне сказала: обслужила за день 10 звонков и потратила на тыканье пальцем – час. А за час она могла обслужить еще один вызов или два, или же просто отдохнуть.

Возможно, это недостаток навыков? Нужно время, чтобы доказать все до автоматизма?

Людмила Гера: Возможно, и у работников нехватка навыков. Как и кем проводилось обучение?! Возможно, обучение нужно проводить и в дальнейшем. Возможно.

Лилия Сирота: Был представитель фирмы, которая нам продавала этот программный продукт. В каждой области – своя специфика. У нас люди, которые бы могли выразить свое видение и требования относительно этого продукта, не были вовлечены в этот процесс.

Людмила Гера: Видимо, не было обучения по использованию программы, а просто ознакомления. Чтобы не страдали пациенты и не было жалоб, кроме смартфона, у «скорой» должна быть альтернатива. Если в доме пропадает свет, есть свечи или другое питание. А если смартфон выключится?! Тогда работники выездных бригад вынуждены использовать свои личные сотовые телефоны для коммуникации с центральной диспетчерской. А пациенты ждут...

Подытоживая, можно сказать: улучшилась ли работа службы экстренной медицинской помощи за почти два года руководства господина Похмурского и по каким направлениям, по каким результатам? Почему все-таки увеличилось количество жалоб на работу экстренной медицинской помощи? Или только наличие плохих дорог и пробок, нехватка санитарного транспорта и кадровый «голод», или выдуманная группа оппонентов Похмурского является причиной неудовлетворительной работы службы экстренной медицинской работы в целом?

Каковы личные заслуги и личный вклад Похмурского в достижении лучших результатов работы «скорой» за почти два года пребывания на посту? Не надо искать Похмурському виновных в его некваліфікаційному подходе к организации работы службы экстренной медицинской помощи, нарушении норм действующего законодательства, называя это системным подходом, ведь, как говорит поговорка, «рыба гниет с головы». И еще – наши работники часто спрашивают: когда закончится этот бардак?!

Комментарий к теме

Владимир Похмурський, генеральный директор Львовского областного центра экстренной медицины и медицины катастроф

Жалоб на скорую помощь всегда есть много. Но количество обоснованных жалоб не превышает 10%. В большинстве люди раздражены, и это все отражается на «скорой», потому что это первый форпост медицины, который концентрирует все недовольства от людей. Мы отрабатываем каждую жалобу, даем ответы. Львиная доля – необоснованные жалобы. Есть объективные причины, когда мы опаздываем на вызов – пробки по городу Львову. Сами видите, что делается в час пик.

То, что госпожа Микичак (руководитель департамента здравоохранения ЛОГА, – ZIK) дает в эфир, она должна обосновывать какими-то цифрами. Потому что неправильно давать какую-то оценку, которая ничем не подкреплена.

Количество жалоб возросло после того, как мы присоединили Львовскую станцию скорой. Потому что был областной центр, а теперь он увеличился вдвое. Соответственно возросло количество жалоб, потому что много поступает со Львова.

У меня нет никакого конфликта с коллективом. Есть несколько недовольных лиц, которые имеют какую-то связь с госпожой Ириной и используют эту связь, чтобы создавать конфликт.

Считаю, что свою работу делаю честно, согласно своих должностных обязанностей и должностной инструкции. Мы сейчас запускаем центральную диспетчерскую. Это результат огромного труда коллектива людей и предмет гордости, что Львовская область имеет одну из лучших диспетчерских. Это одна из моих обещаний.

То, что госпожа Ирина Микичак нам не подписывает изменение структуры – потому запустили диспетчерскую и увеличилась нагрузка – повлекло за собой то, что мы силами диспетчерской Львова обслуживаем всю область. Три месяца лежит несогласованным документ о структуре. Есть нюансы, недоразумения в определенных моментах. Но считаю, что система работает слаженно.

Я ставлю цель изменить системный подход, а это наталкивается на сопротивление. Многие не хотят перемен. Я – наемный работник. Если люди, которые меня наняли (Львовскийя областной совет, – ZIK) считают, что я не выполняю задания, пусть ищут другого. То, что от меня зависит, я делаю честно и качественно.

Считаю, что никакого конфликта в коллективе нет. Наоборот, есть консолидация всех звеньев и начинает стабилизироваться работа. А кому-то это не нравится. Но, посмотрите, у Президента есть куча оппонентов, у и.о. министра здравоохранения. Это передел сфер влияния и все это прекрасно понимают.
 

Как сообщалось, ранее работу руководителя службы экстренной медицины Львовщины резко раскритиковали в Львовском облсовете, но не уволили.

Наталья Шутка,
ИA ZIK

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.
* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
Top
2018-12-16 01:20 :53