пятница, 31 августа, 2018, 16:26 Общество
Мусиенко: Власть боится добровольцев

После заявления командующего ООС Сергея Наева о необходимости забрать добровольцев с передовой, таких бойцов обещали принять в ряды официальных войск –ВСУ или Нацгвардию. Однако, в отличие от, например, «Азова», не все военные-активисты хотят легализироваться. Ведь кого-то не примут на службу по состоянию здоровья, а кто-то просто не доверяет военному командованию.

Об этом говорится в программе военных расследований «Тропами войны» на телеканале ZIK.

Еще в начале июля командующий ООС Сергей Наев заявил, что добровольцы не могут воевать за штатом Вооруженных сил или Нацгвардии. Мол, люди, которые раньше ездили «для выполнения непонятных задач» в зону боевых действий, которые «не имеют законного права иметь оружие», не могут находиться на фронте. Эти слова сразу же набрали огласку среди военных. Добровольческие батальоны обвинили руководство Минобороны в обесценивании их подвига. Тогда за слова командира ООС пришлось оправдываться офицерам.

«Знаю от генерала лично его уважительное отношение к ребятам, как и мое. И есть закон, регламентирующий новую Операцию Объединенных Сил. Генерал Наев и я должны действовать согласно закона. Поэтому приглашаю всех добровольцев к службе в составе бригады», – заявил командир бригады им. Короля Данила Валерий Гудзь.

Готовы ли добровольцы стать контрактниками?

«ДУК «Правый сектор» не соглашается на эти условия, оставляя за собой право непосредственного управления военными операциями и назначения старшин, так и, соответственно, предоставления приказов. Это и идет в противоречие с распоряжением того же руководителя ООС Наева», – объясняет военный эксперт Дмитрий Снегирев.

И он считает, что военные чиновники не могут открыто прогнать с передовой добровольцев – слишком грозный соперник. К тому же, у этих бойцов немалая поддержка населения. В то время, как волонтер Елена Живко считает, что власть беспокоят рамки свободы добровольцев.

«Военнослужащие ограничены контрактами, они не имеют права принимать участия в политических акциях или быть членами общественных организаций. Их ограничивает контракт, поэтому они не могут критиковать власть. А добровольцы очень часто проводят различные акции», – замечает Живко.

К тому же, эксперты уверяют: если добробаты таки расформируют, это может негативно повлиять на ход российско-украинской войны.

«Роль этих добровольцев – чрезвычайно высока. Военные прекрасно понимают, что их помощь – существенна. Надо осознавать, что власть их просто боится», – убежден руководитель Центра военно-правовых исследований Александр Мусиенко.

История «Азова»

И все же, как живется тем добровольцам, которые все-таки вступили в ряды Нацгвардии? В частности, одним из таких является ОЗСП «Азов». Его первый руководитель Андрей Билецкий объясняет: в свое время стало понятно, что противник «играет на профессиональном уровне». Следовательно, бойцы вошли в состав Нацгвардии.

«Они пришли, чтобы сражаться за свою землю. Армия или Нацгвардия занимаются этим профессионально. Это подразделения, которые заточены под военную функцию и имеют профессиональное вооружение», – отмечает Белецкий.

К тому же, и сами бойцы «Азова», похоже, уже не против воевать как часть Нацгвардии.

«Мы стали более военным, более обученным, полноценным воинским подразделением», – убежден военный полка «Азов» с псевдонимом Чак.

Руководитель рекрутингового центра «Азов» Святослав «Калина» Паламар добавляет: сейчас в полку есть сразу несколько тренировочных баз, где бойцы оттачивают военное мастерство.

«Мы уже готовим профессиональных солдат – такова политика подразделения. Мы хотим сделать так, чтобы неподготовленный человек никогда не попал в мясорубку войны», – рассказывает Паламар и отмечает: одно из преимуществ в работе в Нацгвардии – не нужно думать, где взять оружие.

«У нас чрезвычайно качественное обеспечение. Это и с помощью наших волонтеров и меценатов. Также за свой счет мы построили полигон. Амуницию и оружие дает Нацгвардия. Здесь стандартное штатное вооружение – артиллерия, танки, автоматы», – говорит боец.

«Мы пришли добровольцами, и поняли, что надо стать профессиональными военными. Ведь, если не создать действительно мощную армию, следующая попытка Кремля будет более удачной. Она может стоить нам полной свободы», – подчеркивает начальник военной школы командиров им. Коновальца с позывным Крот.

Не все добровольцы хотят служить в ВСУ

Но есть и бойцы, которые не могут подписать контракт с ВСУ, например, по состоянию здоровья. Один из таких – доброволец Назарий Чапко.

«Я не пригоден к военной службе. У меня четырех шурупная пластина в руке. К тому же, с нынешним руководством не вижу себя в составе ВСУ. Например, недавно комбатом назначили 23-летнего парня. Представьте, он только из военного училища пришел – и сразу в комбаты», – говорит Назарий.

Он прошел бои за Донецкий аэропорт, воевал бок о бок с отцом, но до сих пор никакого статуса они оба не получили, хотя и пытались оформить документы.

«Нужно собрать фактаж и это доказать. Комиссии же состоят из депутатов областных, городских советов. Большинство из них – бывшие члены «Партии регионов». Это, фактически те, кого и сейчас можно «поблагодарить» за войну. Они не совсем способствуют тому, чтобы мы получили свой статус», – рассказывает боец.

Тем временем на передовой бойцы жалуются на работу с частью контрактников из ВСУ. Жалуются, что те ленивые.

«Когда мы сюда приехали, у военных были окопы по колено. Мы же их углубили выше головы», – говорит доброволец ДУК «Правый сектор» Яша.

Поэтому он убежден: до добровольцев таким воякам еще далеко.

«Добровольцы, в основном, воюют еще с 2014 года. Вот сегодня по двум парням во время обстрелов было видно, что они воевали. После артобстрела они сразу же побежали на свои позиции, потому что те были пустые», – говорит Яша.

К тому же, добровольцы отмечают: несколько лет на передовых позициях добавляют не только военного опыта, «на нуле» люди переосмысливают всю свою жизнь.

К слову, ранее волонтер Диана Макарова сообщила, что на фронте нет более дисциплинированных подразделений, чем добровольческие. В частности, бойцы «Донбасса» и «Айдара», вошедшие в состав ВСУ, «почти не покидают линии соприкосновения».

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.
* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
Top
2018-11-16 14:29 :06