понедельник, 11 декабря, 2017, 13:54 Мир
Джордж Сорос и демоны благотворительности

Теории заговоров о нем затмевают настоящие угрозы того, как крупномасштабные «подачки» работают сегодня.

Джордж Сорос – исключительно занятой человек, по крайней мере по словам правых сторонников теорий заговоров. Только за последний год ему было засчитано финансирование таких движений, как Black Lives Matter и Antifa, а также организации белого националистического митинга в Шарлотсвилле, против которого мобилизовались обе указанные выше группы. Сороса обвиняют в том, что он стоит за протестом Колина Каперника против национального гимна США и Маршем женщин, а также по решению Герберта МакМастера, советника по вопросам национальной безопасности президента Дональда Трампа, уволить всех ультраправых работников. А несколько недель назад поклонники Роя Мура, кандидата в сенаторы штата Алабама, утверждали, что Сорос заплатил женщинам, чтобы те обвиняли Роя в сексуальных домогательствах.

Сорос на протяжении десятилетий составлял объект усиленного интереса. С тех пор, как он заработал 1 млрд долларов за счет сокращения британского фунта в 1992 году, его влияние в общественном воображении достигло бесконечности. В 2000-х годах, когда Сорос стал одним из ведущих спонсоров Демократической партии (однажды он заявил, что охотно отдаст все свое богатство, чтобы предотвратить переизбрание Джорджа Буша), он превратился в главную мишень консерваторов.

Однако, не финансовый разбой Сороса или даже его политические пожертвования стали основой теорий заговоров о нем, а филантропия. Сорос уже давно стал одним из ведущих спонсоров прогрессивных процессов в Соединенных Штатах и является самым щедрым финансовым благодетелем демократических организаций во всем мире. И его пожертвования, вероятно, лишь возрастут в предстоящие годы. В октябре Сорос сообщил, что за последние годы передал около 18 млрд долларов своему фонду «Открытое общество». Антагонисты этот шаг восприняли как подтверждение всех своих темных опасений. Например, веб-сайт правых Breitbart отметив, что фонд Сороса теперь занимает второе место после Фонда Гейтса, назвал «Открытое общество» «Звездой смерти».

Истории о Соросе как о благотворительном чудовище является характерным явлением современной политики. Если консерваторы демонизируют Сороса, то сторонники прогресса имеют свой собственный набор доноров – таких как братья Кох, которых они обвиняют во всех бедах.

Хотя, не понятно, как рассказы о том, что интриги благотворителей направлены против «людей», могут работать против ценностей демократии. Сторонники авторитарной власти не только намеренно распространяют теории заговора, чтобы подорвать инициативы простого населения и преуменьшить возможности, которыми на самом деле обладают благотворители, но и отодвигают на второй план опасения относительно роли, которую играют меценаты в формировании общества.

Филантропы всегда были в роли козлов отпущения. Впервые этот термин употребил древнегреческий драматург Эсхил, чтобы описать божественную помощь Прометея людям. В раннее новое время слово «благотворительность» стало означать не пожертвование, а скорее продвижение набора эгалитарных, общечеловеческих ценностей. Когда же этот термин начали широко использовать в эпоху Просвещения, то связывали его с амбициозными реформаторскими убеждениями, такими как отмена рабства. Также его всячески критиковали: эти филантропы, как утверждали критики, говорили в значительной степени о правах человека, однако игнорировали бедных и угнетенных в своих общинах. Грандиозные общечеловеческие ценности, которые они пропагандируют, угрожают ослаблению религиозных и географических связей. После Французской и Гаитянской революций, победители которых утверждали, что шагают под флагом филантропии и прибегают к насильственным методам для достижения эмансипации, эта концепция получила привкус угрожающего радикализма.

В конце XIX века значение благотворительности стало меняться. С ростом промышленныого достатка и огромных денежных взносов, это слово приобрело значение масштабного пожертвования. Промышленные титаны, такие как Джон Д. Рокфеллер, направили свое богатство в амбициозные программы институционального строительства, исследований и реформ и привлекли антагонизм, спровоцированный подъемом глобального капитализма.

Соединенные Штаты и их экономика были очень благосклонно настроены к благотворителям, однако также обеспечили их политической системой, которая поддерживает теории заговоров против них. Исторически, как правые, так и левые, создали свои собственные рассказы, подпитанные подозрениями в сосредоточении власти в руках определенных людей. Сторонники прогресса начала ХХ века были обеспокоены тем, что олигархи-благотворители создают теневое государство, которое превзойдет федеральное правительство; консерваторы и популисты предупреждали о сети благотворительных организаций, академических учреждений и частных фондов, которые контролируют общественное мнение. К середине века правые антикоммунистические заговоры касались основных благотворительных фондов, как основных рассадников пагубного интернационализма. В 1950-х гг. Конгрессом были проведены исследования того, спонсируют ли фонды «неамериканские мероприятия» и поддерживают ли усилия, направленные на «подрыв американского образа жизни». В последующие десятилетия антиимперские и антиглобалистские движения посеяли сомнения относительно законности благотворительности и распространили рассказы об их власти.

Персона Джорджа Сороса также могла усилить антипатии, которые длительное время существовали вокруг филантропии. Он является поборником глобализма, капитализма и прогрессивности. Он также еврей, а антисемитизм уже давно идет бок о бок с критикой благотворительности.

Фонд «Открытое общество» пожертвовал в течение последних трех десятилетий около 14 млрд долларов на программы по социальной справедливости, продвижению демократии и прав человека, и сейчас действует в более чем 100 странах мира. Его первое крупное пожертвование, сделанное в 1979 году, финансировало стипендии для черных южноафриканцев. В 1984 году он создал в Венгрии фонд для развития зародышей либерализма; профинансировал копировальные машины, которые позволили активистам печатать антикоммунистическую литературу. После коллапса коммунизма фонды, финансированные Соросом, поддерживали демократические институты в странах Центральной и Восточной Европы, оплачивали транспортные расходы студентам, помогали организациям, продвигавшим права человека и защищавшим уязвимые и маргинальные группы населения. В 1991 году он основал Центрально-Европейский университет в Будапеште для содействия открытым академическим исследованием. Совсем недавно Сорос поддержал либеральную иммиграционную политику в Европе как ответ на кризис беженцев.

Благотворительность Сороса уже давно вызывала споры. Однако его превращение в фигуру почти демонической силы стало недавним явлением. Это – следствие двух тенденций: внутренней и международной.

В Соединенных Штатах слухи о Соросе сначала были распространены левыми, выступающими против глобализации. Однако вскоре эти рассказы нашли отголосок на другом конце политического спектра. Правосторонние медиа-провокаторы назвали глобализм Сороса взглядами небольшой группы радикальных ссыльных», которые «тихо трансформировали социальные, культурные и политические институты Америки».

На международном уровне демонизация Сороса совпала с подъемом нелиберальных демократий – режимами, избранными демократическим путем, но игнорирующими «конституционные пределы власти и лишающими своих граждан основных прав и свобод». После «цветных революций» в Украине и Грузии в 2003 и 2004 годах, в которых принимали участие несколько неправительственных организаций, финансируемых Соросом, Владимир Путин предположил, что эти восстания были организованы Соросом. Мировой финансовый кризис создал благоприятный климат для распространения подозрений в махинации глобальной финансовой элиты. Другие авторитарные лидеры во всем мире переняли инициативу, заявляя, что политическая агитация и мобилизация масс против их правителей на самом деле спровоцирована внешними силами, которыми управляет Сорос.

Эта мысль недавно укоренилась и в стране рождения Сороса – Венгрии, где правящая партия премьер-министра Виктора Орбана (который в молодости пользовался стипендией, профинансированной Соросом, для обучения в Оксфорде), в последнее время потратила 21 млн долларов на билборды против либерализации иммиграционной политики. На некоторых из них фигурирует фото благотворителя и надпись: «Не позвольте Джорджу Соросу смеяться последним». Партия Орбана также приняла законодательство, имеющее целью закрыть Центрально-Европейский университет, основанный Соросом. В октябре Орбан объявил о «национальной консультации», во время которой гражданам раздавали опросник, профинансированный правительством, для изучения их взглядов относительно плана Сороса и лидеров Европейской комиссии относительно отмены квот на беженцев. Венгерский премьер-министр также приказал национальным разведывательным учреждениям провести расследование организаций «империи Сороса», которые стремятся подорвать христианскую культуру Венгрии.

Правые лидеры в соседних странах также подхватили теории заговора относительно Сороса для сплочения своей избирательной базы. В Македонии бывший премьер-министр призвал к «десоросификации» общества. В Румынии председатель правящей партии обвинил финансиста в организации протестов против коррупции, утверждая, что он «финансирует зло». Эти кампании вместе с подобными в Сербии, Словакии и Болгарии имеют целью не только очернить прогрессивную политику, с которой Сорос сейчас тесно отождествляется, но и подорвать демократические организации, которые могут поставить под сомнение их политическую власть.

С избранием Трампа и подъемом правого национализма, эти внутренние и международные тенденции объединились. В марте группа сенаторов-республиканцев попросили государственного секретаря Рекса Тиллерсона провести расследование того, насколько американские фонды, финансированные «Открытым обществом», позволяли ему «повлиять на «левую» политику в отношении суверенных государств независимо от их желания на самоопределение». (Госдепартамент отказался рассмотреть это ходатайство).

Существует определенная ирония во всех этих нападениях. Сорос, возможно, больше, чем любой другой благотворитель, отверг нисходящую модель, на которой основаны карикатуры его филантропии. В фондах «Открытого общества» он создал разветвленную, децентрализованную сеть местных советов в 20 странах, которым была предоставлена исключительная автономия. «Руководящий этос фондов отличается от большинства благотворительных организаций, решения о финансировании которых принимаются центром», – отметил Леонард Бенардо, вице-президент фонда «Открытое общество». Как объясняет Бенардо, руководящая философия Сороса настаивает на первенстве знаний о местных реалиях. Если Сорос – «серый кардинал», то он предоставляет своим марионеткам достаточно много свободы действий.

Тем не менее, важно признать, что, все же, существует определенный контроль. Сорос остается председателем глобального совета, который осуществляет мониторинг национальных советов и имеет окончательное слово в предоставлении им грантов. По словам Бенардо, Сорос редко пользуется этой властью, но она все-таки существует. Важно также отметить, что несмотря на нисходящую модель Фонда, деньги Сороса, по определению, дают преимущества некоторым частям гражданского общества над другими и помогают определенным организациям и общественным деятелям.

Власть, которую Сорос использовал и продолжает использовать как благотворитель, – неоспорима. Он выбрал новый, агрессивно политический подход к благотворительности, которая сейчас охватывает растущее количество доноров-миллиардеров, начиная от Тома Стейера слева до братьев Кох справа, и Билла Гейтса где-то посередине. В США Сорос был одним из первых благотворителей, который предоставил значительные средства в поддержку однополых браков, отмены смертной казни и реформирования иммиграционного законодательства и системы уголовной юстиции.

Независимо от того, кто что думает о заслугах этих поступков, следует задуматься и о способности Сороса и других благотворителей использовать свои огромные богатства для осуществления власти. Однако теории о влиянии «посторонних лиц» омрачают реальные угрозы, которые составляет благотворительная власти для демократических институтов и норм. Даже, если благочинных чудовищ и не существует, есть веские основания остерегаться опасностей, которые они фактически несут в себе.

Бенджамин Соскис,
The Atlantic

Перевод с английского Оксаны Вергелес, для ИА ZIK

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.
* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
2018-05-27 22:33 :07