четверг, 5 октября, 2017, 14:58 Мир
Европу, возможно, ожидает еще один раскол, подобный Брекзиту
Виктор Орбан, Ярослав Качиньский, Андрей Бабиш. Фото: Bloomberg / Getty Images
Виктор Орбан, Ярослав Качиньский, Андрей Бабиш. Фото: Bloomberg / Getty Images

Неспокойная ситуация в Каталонии может быть только началом. Напряженность в Восточной Европе растет.

Некоторые из важных моментов истории подкрадываются к бизнесменам. Два года назад Британия считалась наиболее экономически рациональной страной Европы; сегодня ее компании, кажется, переходят от одного экономического землетрясения к другому, и, несмотря на то, что Брекзит все болне вероятен, следующим премьер-министром станет Джереми Корбин.

Оглянувшись назад, можно заметить две вещи. Во-первых, существовали некоторые глубокие «иррациональные» причины, из-за которых бизнес игнорировался, такие как настроенность против иммиграции и глобализации. Во-вторых, был принят ряд краткосрочных политических решений, которые оказались ошибочными. Например, десятки лет атака на Европейский Союз была «свободным ударом» для британских политиков. Если бы Дэвиду Кэмерону пришлось повторить все сначала, действительно ли он устроил бы референдум? Жалеет ли сейчас Ангела Меркель, что не пошла на большие уступки Кэмерону перед голосованием Брекзит? И лейбористы, которые помогли Корбину получить руководство над своей партией, действительно ли сделали бы это вновь?

Сейчас другой раскол, вызванный подобной смесью недовольства и кратковременного политического маневрирования, может подкрасться к Европе. Это произойдет между старой демократической основой Западной Европы, возглавляемой Меркель и Эммануэлем Макроном, которые стремятся интегрировать зону Евросоюза, авторитарными и популистскими лидерами Восточной Европы, которые не любят Брюссель. На этот раз аргументы касаются политической свободы и национального суверенитета.

Позже в этом месяце, вероятно, чехи получат нового трампоподобного премьер-министра Андрея Бабиша, популистского миллиардера, который хочет отправить арабских иммигрантов домой и обещает заставить правительство работать так, как функционирует его собственный бизнес. Честно говоря, Бабиш – более образованная личность, чем американский президент (не говоря уже о более успешном бизнесмене). Он, например, осторожен в высказываниях относительно судебной власти и в вопросах иммиграции, поздравляет вновь прибывших из Украины, подчеркивая, свое словацкое происхождение. Его основной призыв – эффективность (он выгоняет своих бывших партнеров по коалиции, которые играются телефонами на заседаниях правительства).

Однако Бабиш категорически выступает против усиления европейской интеграции, к которой так стремится Макрон, а также против вмешательства Брюсселя в дела Восточной Европы. Это означает, что независимо от тонкостей его центристского популизма, Бабиш, вероятно, создаст вместе с Виктором Орбаном в Венгрии и Ярославом Качиньским в Польше авторитарный фланг Европы.

Качиньский не является формальным лидером Польши, однако возглавляет правую партию Право и Справедливость, которая держит в своих руках как президента, так и премьер-министра. Жесткий критик Меркель, особенно в отношении иммиграции, он почти постоянно вступает в войну с Евросоюзом. Со стороны ЕС, Франс Тиммерманс, вице-президент Европейской комиссии, который официально проводит расследование юридических «реформ» партии Право и Справедливость, выглядящих попыткой устранения любых судей-инакомыслящих и вмешательством в прессу. В худшем случае это может означать введение в действие статьи 7, которая приостановит право голоса Польши в Европейском совете.

Качиньский когда-то хвастался, что превратит Варшаву в Будапешт. Это свидетельствует о том, что лидер Венгрии Орбан задает тон. Хоть он и гораздо более дипломатичный деятель, чем Качиньский, но его также обвиняют в преследовании судейской системы и препятствовании деятельности оппонентов (в том числе и в ЕС): его усилия в настоящее время направлены против «плана Сороса», согласно которому, по его мнению, Джордж Сорос финансирует мигрантов, которые едут в Европу. Однако Орбан, как правило, был умнее своего польского последователя и отступал еще до того, как ЕС предпринимал каких-либо действия. Несмотря на то, что оппозиционные плакаты изображают его и его бизнес-партнеров как гангстеров, Орбан, как ожидается, легко выиграет выборы в Венгрии в следующем году.

Это и объединяет всех трех популистов: они популярны. Бизнесмены региона, как правило, отказываются от желания расколоть ЕС. Они ссылаются на то, что их экономика хорошо работает. Так, мало кто из восточноевропейцев считает сирийских беженцев соседями, однако это также касается Франции и Германии. Бизнесмены склонны подчеркивать, что Орбан и Бабиш являются прагматиками, они остановятся, прежде чем зайдут далеко. Бизнес также уверен, что Германия в частности не захочет разорвать отношения с регионом, который на сегодняшний день является полностью интегрирован с собственной экономикой.

Бабиш, наиболее деловой из трех лидеров, поддерживающий эту точку зрения. Он опасается, что завтра, в случае референдума, чехи проголосуют за отделение. Для страны масштаба Чехии было бы глупо думать о выходе из союза.

Взгляды бизнеса представляются весьма логичными. Однако это немного похоже на передбрекзитскую презумпцию британского бизнеса: в конце концов, обычный человек не будет слушать голоса экономической целесообразности и решит остаться. Проблема заключается в том, что британские избиратели считали иначе. Через десятилетие рассказов о том, насколько бесполезен ЕС, особенно в отношении миграции, миллионы возмущенных британцев проголосовали за выход. Тем временем, многие из лидеров ЕС, которые длительное время выдерживали британскую оппозицию, заявили, что это хорошо.

В Восточной Европе одна из причин, которая все еще сдерживает раскол, заключается в том, что поляки, чехи и венгры имеют все больше катастрофических примеров Брекзита. Тем временем, лидеры стран Западной Европы не спешат терять больше своих членов. Однако существует также вероятность того, что кратковременное политиканство станет на пути действий, которые приведут к реакции.

В этом случае две личности, вероятно, будут играть ключевые роли. Одной из них является новый французский президент. В течение своей кампании Макрон жаловался на людей, которые закрывали глаза на Польшу и Венгрию, и заявил, что будет искать санкций против Польши за нарушение правил и ценностей ЕС. За этим стоит следующий принцип: ЕС должен помогать странам стать демократиями, и, особенно в Трамповском мире, быть защитником прав человека. Однако политика тоже играет определенную роль: мало кто из французских избирателей будет проливать слезы, если меньше денег пойдет в Венгрию, и польским сантехникам будет труднее получить работу в Париже. Поэтому теперь Макрон хочет усилить усилия по интеграции ЕС, сосредоточивая внимание на зоне Евросоюза, где восточные страны не входят в валютный союз.

Вторая личность – Качиньский. Нестабильный, параноидальный (он недавно обвинил своих политических оппонентов в «убийстве» своего брата) и одержимый трагической историей своей страны, польский лидер заставляет Бориса Джонсона казаться весьма предсказуемым и легко управляемым. Как Орбан и Бабиш, он категорически выступает против любых увеличений полномочий Брюсселя или увеличение пробела, отделяющего внутреннее ядро стран с евро-валютой. Однако он намного хуже в прекращении соглашений с Европой.

Что произойдет, если ЕС наложит больше ограничений? Если Макроновский план по более тесной интеграции будет под угрозой срыва из-за поляков? Возможно, Европа не переживет еще одного большого передела. Однако это также было вероятно, когда Кэмерон объявлял референдум. Европейским бизнесменам на данный момент неразумно игнорировать угрожающие возможности в данном случае.

Джон Міклетвайт,
Bloomberg

Перевод с английского Оксаны Вергелес, для ИА ZIK

Читайте также: Семь мест Европы, где ведутся разговоры об отделении

Редакция не всегда разделяет позицию авторов публикаций.
* Если Вы заметили ошибку в тексте новости, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
реклама
больше новостей
2017-10-24 01:53:56